вы находитесь здесь: главная страница -> библиотека -> статьи и.в.коновалова ->
-> коновалов и.в. вопросы обучения церковному колокольному звону

Добро пожаловать на сайт Zvon.Ru
Наш сайт - победитель в конкурсе православного интернета МРЕЖА в 2006 году


Система Orphus

 
 
 



     Издревле колокола и колокольные звоны прочно занимали достойное место в богослужении Православной церкви. Появление первых колоколов в России достаточно точно можно датировать Х-м веком – временем крещения Руси. Об этом свидетельствуют археологические раскопки, произведенные в руинах Десятиной церкви Киева. Там были обнаружены фрагменты двух небольших колоколов. Археологи находили осколки колокольной бронзы во многих других городах домонгольской Руси. Об использовании тогда еще очень немногочисленных колоколов рассказывают повествования летописцев и миниатюры летописей.

     Монгольское нашествие надолго прерывает естественное развитие этого вида церковного делания. Дело не только в том, что регулярные поборы ханских баскаков подрывали Русь экономически, но и в том, что в столицы орды уводили искусных мастеров для украшения городов и дворцов ханов. При штурмах русских крепостей гибли колокола, всполошным звоном призывавшие воинов и горожан на защиту отечества. В сказаниях русских летописей часто упоминаются случаи гибели колоколов во время штурмов, так как колокольная бронза может расплавиться при температуре, возникающей при сильном городском пожаре.

     Начиная примерно с первой трети XIV века образуется второй этап в колокольной жизни России. Он характеризуется ориентацией Руси на запад, где колокола и звоны имели большее распространение, чем на православном востоке. Из западной Европы на Русь через Новгород и Псков поступают небольшие колокола, а для выполнения Русских заказов на «тяжкая звоны» прибывают и мастера-литейщики, причем первоначальных итальянцев сменяют, возможно, более искусные немецкие мастера. Соответственно в летописных повествованиях прозвища мастеров «фрязин», «римлянин» сменяются на «немчин». В те времена Русь еще не располагала собственным сырьем для получения колокольной бронзы. Материалы – медь и олово – привозили из-за границы. Колокол воспринимался, как всенародная жертва. Наряду с притоком мастеров и колоколов из западной Европы на Русь создаются свои центры колокольного литья. Наибольшей известностью пользуется Псков. Даже после громадных потерь последнего времени только в московском Кремле находятся два колокола псковитина Нестора Иванова. Заказчиками псковских колокололитейщиков выступают видные политические деятели московского государства, такие, как князь Андрей Курбский и особенно много сохранилось заказов самого царя Ивана Васильевича, слывшего знатоком колокольного звона. Сохранились сведения о наличии колокольного дела при архиерейских домах. Например, в Новгороде Великом и, конечно, при пушечно-литейном дворе в Москве. Московские мастера-литейщики до начала XVII века подписываются на колоколах, как «пушечный литец» или «пушечник».

     Второй этап истории российских колоколов являет собой как увеличение веса колоколов и их количества, так и постройку звонниц – дополнительного архитектурного сооружения, исполненного из дерева или камня и служащего для размещения колоколов. Если количество колоколов было невелико и они были небольшие по весу, то звонница могла располагаться непосредственно на храме. Для размещения большого количества тяжелых колоколов строились звонницы на собственном основании. Сначала примитивные в виде стены с прорезями под колокола, затем все более сложные. Именно на этом этапе появляются церковнослужители, имеющие постоянное послушание при звоннице и исполняющие звоны, звонари-профессионалы. Поскольку наполнение колоколами храмов в различных землях Руси было далеко не равнозначно, то и приводимые временные привязки тоже имеют относительное значение, но общие этапы развития колокольного искусства в России определяются достаточно четко. Дальнейшее развитие колокольного дела определялось появлением гигантских по размеру и весу больших благовестников до 2-х, 4-х, 8-ми и 12-ти тысяч пудов весом. Наличие подобных гигантов требовало строительства соответствующих звонниц и колоколен. Появляются многопролетные звонницы-галереи и многоярусные столпообразные колокольни. Примером тому может служить знаменитый комплекс, состоящий из колокольни Ивана Великого, Успенской звонницы, Филаретовой и Семисотенной пристроек Московского Кремля, где в конце XVII века требовалось более 150 звонарей для произведения звона "во вся". Подобный рост веса и числа колоколов наблюдался по всей России. Колокола весом в тысячу пудов и более не были редкостью не только для городов, но встречались даже в сельских храмах. Изменялся со временем и характер звонов. От призывного благовеста, перезвона и перебора, каким первоначально был православный колокольный звон, к весьма сложному, имеющему определенный ритмический рисунок с различными вариациями на средних и мелких колоколах. Таким образом, на протяжении почти четырехсот лет формировался сигнально музыкальный инструмент, инструмент внешнего голоса Российской Православной Церкви. Создавалась и совершенствовалась система управления колоколами, которая позволяла одному-двум звонарям звонить одновременно на 10-18 колоколах. XVIII и особенно середина XIX века характеризуется большим распространением колокололитейных производств по всей Российской империи. Заводы Финляндского и Самгина в Москве, Оловянишниковых и Чарышниковых в Ярославле, Усачевых на Валдае, Забенкиных в Костроме. Около двадцати заводов в начале ХХ века производили колокола в России.

     Кратко опишем церковную звонницу, какой она сложилась к концу XIX – началу ХХ века. По центру колокольни размещалось обычно от одного до трех колоколов. Это был большой благовестный, полиелейный и воскресный колокола. Колокола подзвонного ряда развешивались в арках колокольни. Зазвонные-мелкие колокола помещались в одной из арок яруса звона. Нередко зазвонные колокола размещались в своей арке в два ряда на двух, заделанных в арке, параллельных балках. Рядом с зазвонными колоколами сооружался звонарский помост, стоя на котором звонарь-трезвонщик правой рукой звонил зазвонной трелью, левой нажимал на так называемые клавиши, то есть цепочки, которыми на звонарский столбик подводились языки от подзвонных, средних колоколов. Под ногой звонаря имелись две, иногда три педали, которыми приводились в действие полиелейный и воскресный колокола. Помощник главного звонаря-трезвонщика звонил в большой благовестный колокол, раскачивая его язык и ударяя им в оба края колокола. Если количество больших «язычных» колоколов было два или три, то помощников требовалось больше.

     Колокола подбирались на колокольни строго определенным образом, образуя стройный хор-звон. Если какой-либо один колокол диссонировал с остальными, или выпадал из общего строя, то он получал довольно меткое, соответствующее его звучанию прозвище, типа «козел», «баран», «беспутный» и тому подобное, а то и вовсе выпускался из звона. По мнению старых профессионалов-звонарей и знатоков церковного звона, основой настоящего, полновесного колокольного звона в России было наличие мощной басовой партии, в которой одновременно звучали до трех сочетающихся между собой тяжелых колоколов.

     «Великий Октябрь» внес свои поправки в церковный звон. По пальцам одной руки возможно пересчитать колокольни и звонницы, сохранившие все свои колокола. Из них в Москве нет ни одной.

     Ныне, когда снят запрет с колокольного звона и даже светская власть способствует восстановлению порушенного, вопрос возрождения строгого, канонического церковно-звонарского искусства воспринимается с особой остротой. Начавшееся в конце сороковых – начале пятидесятых годов восстановление храмов и колокольных звонов по России имело несколько особенностей, отличных от прошлых времен. Поскольку российское колокольное производство было полностью уничтожено, то единственно возможным способом собирание звона было приобретение случайно сохранившихся разных по времени и никогда прежде не звучавших вместе старых колоколов. Колокола находили в заводских цехах, в театрах и даже на городских свалках. То, что можно было приобрести, спасали. Множество колоколов приносили люди, сохранившие их в своих домах, в сараях или в земле. Так собирались многие известные ныне колокольные наборы.

     Известно, что во время гонений на церковь уничтожали не только священников, но и прочих церковнослужителей. Та же участь постигла и многих церковных звонарей. Но звоны воссоздавались и звонить как-то было нужно, поэтому зачастую священники вынуждены были благословлять случайных людей (алтарников, чтецов), не имевших даже понятия о способах и приемах традиционного церковного звона. Поэтому новоначальный звонарь должен усвоить одну важную вещь, что не всякий даже очень старый звонарь есть непременный носитель духа и традиций лучших прежних исполнителей звонов. Если сравнить звоны прежних звонарей Богоявленского Кафедрального Собора или Федоровского Собора в Ярославле, со звоном Ново-Девичьего московского монастыря, в исполнении Владимира Ивановича Машкова или со звоном Троице-Сергиевой Лавры, под руководством игумена Михея, то становится ясной та пропасть, которая лежит между профессиональным исполнением, зиждущимся на глубоком знании традиций церковного певческого и колокольного искусства и неумелом, однообразном исполнении самочинных попевок. Еще одна проблема возникает при ознакомлении с творчеством так называемых музейных музыкантов-ударников, исполняющих на совершенно случайно собранных колоколах композиции типа «Белая ночь», «Перистые облака», «Наваждение» и так далее. Вред, наносимый этой аудио-продукцией, тем более велик, что кассеты с этой музыкой, не имеющей ничего общего с церковью и исполняемой людьми категорически не церковными, а иногда и атеистами, распространяются в храмах и церковных лавках. Увлечение подобной случайной звуковой продукцией опасно для новоначального звонаря тем, что началом начал в обучении колокольному звону «Общество церковных звонарей» считает именно прослушивание и усвоение духа классических церковных звонов.

     Звонарь должен хорошо разбираться и в вопросах, связанных со звучанием традиционных, исторических колоколов, чтобы уметь отличить живой звук колокола от гонгов и тамтамов, навязываемых ныне церкви под видом якобы древних бил. Лишь после того, как новоначальный звонарь усвоит, что, собственно он должен исполнять на колоколах, можно переходить к вопросам, связанным с прочими колокольными премудростями. Одним из следующих моментов, которые необходимо знать ученику, это Богослужебный устав Русской Православной Церкви. В каком месте службы положен тот или иной вид звона. Время запрета колоколов и тут сыграло свою отрицательную роль. И звонарь должен оказать помощь настоятелю в трудноразрешимых ситуациях. К примеру, приведем звон казанского собора на Красной площади. Благовест, производимый тамошними звонарями на Светлой седмице и в иные воскресные дни, более подходит для первой и страстной седмиц Великого поста. Да и самый трезвон собора оставляет желать много лучшего, что тем более странно, если учесть, что звон расположенного на той же Красной площади Покровского собора находится в добром порядке. Вот почему новоначальные звонари должны научиться хорошо различать характер звона и уметь исполнять звон в зависимости от каждого конкретного Богослужения и праздника, которому это Богослужение посвящено.

     Следующие два направления – это техника исполнения звона и принципы оборудования колокольни для звона.

     Если в результате прослушивания фонограмм классических звонов ученик обнаруживает понимание сути вопроса, то необходимо переходить к практическому изучению техники колокольного звона. Для этого в звонарском классе Общества существует специальный тренажер, который в усложненном варианте представляет собой зазвонную трель и большой колокол. В условиях тренажера работа на мелких колоколах специально затруднена (колокола имеют большую, чем обычно, свободу перемещения). В результате периодических упражнений с наставником новоначальный звонарь достаточно быстро осваивает основные приемы звона на колоколах. Естественно, что степень подготовки направляемых для обучения весьма различна, и к каждому обучающему необходим индивидуальный подход. К сожалению, если у кандидата полностью отсутствует чувство ритма, или наблюдается нарушение координации движений, то таковой слушатель имеет полную возможность применить себя в каком-либо другом виде церковного искусства. Ибо церковный звон – это внешний голос церкви, и православные прихожане в храмах лицезреют все виды церковных художеств во всем их благолепии, тогда как с высот церковных колоколен на многие сотни метров распространяются звуки, не всегда соответствующие своему предназначению.

     Вполне понятно, что обучение на тренажере не заменит живого общения с настоящими колоколами, и завершать обучение необходимо не действующей церковной колокольне. К счастью, в результате изучения колокольного наследия прошлых лет, обнаружился удивительный способ обучения на трельных (мелких) колоколах, который заключается в том, что ученик правой рукой берет связку веревок от трельных колоколов и полностью ослабляет руку, а наставник кладет ему руку на руку и водит ею, описывая фигуры трели. Такой способ обучения называется «снять звон с руки». Важно также почувствовать педальные (средние) колокола. Основной ошибкой учеников здесь является то, что, не ощущая момента соприкосновения языка с колоколом, ученик непременно старается дотянуть педаль до пола помоста.

     Звон на тяжелых колоколах также требует большого навыка потому, что, по опыту прошлого, именно неумелый, чрезмерно сильный удар приводил к разрушению колокола. Но дело не только в сохранности колокола, но и в том, что при слишком сильном ударе даже совершенно благозвучный колокол будет издавать хриплые призвуки и будет слышен лязг при ударе языка о край колокола. Несмотря на то, что колокол, пожалуй, самый тяжелый инструмент, применяемый для извлечения звука, он требует к себе такого же чуткого отношения, как и всякий другой. Еще в начале ХХ века во многих изданиях, посвященных колоколам, указывалось, что колокол можно повредить при неправильной подвеске, чрезмерно сильно зажав его. Поняв, что колокольный звон – это не просто какие-то определенные ноты, сложенные в ритмическом рисунке, ученик должен почувствовать пение колокола, те звуки, которые сопровождают и продолжают его основной тон, и звонить, исходя из музыки колокола, который сам подскажет и ритм, и рисунок звона. Зачастую, приобретая небольшой колокол, новоявленный звонарь, желая быть услышанным за десяток верст, так усердствует в ударении, что язык бывает совершенно расплющен и колокол скоро выходит из строя. Тогда как опыт учит, что колокол тем дальше слышан, чем дольше происходит благовест. В одном из старинных уставов о звоне сказано, что во время благовеста следует читать пятидесятый псалом «тихо двенадцатью», что составляет около получаса. Колокольный звон имеет одно важное свойство – наполнять окружающее пространство. И тогда как одиночный удар даже самого большого колокола будет слышан лишь неподалеку, то длительный благовест разносится на многие километры. К примеру, ростовский колокол Сысой слышали за двадцать километров от города, а Большой Успенский колокол московского Кремля узнавали за 30–35 километров. Естественно, что ученики должны хорошо разбираться и в этих вопросах.

     Важным вопросом обучения является развеска колоколов и проблема оборудования колокольни необходимым приспособлениями. Бытует мнение, что для звона надо лишь повесить колокола и привязать к языкам веревки, которые звонари прикручивают к локтям, коленкам и так далее. К сожалению, подобное приходится слышать даже от людей, именуемых себя кампанологами и специалистами. Надо отметить, что это далеко не так, но на протяжении десятилетий оттачивалась и совершенствовалась система звона, при которой каждый колокол от самого малого до благовестника имел свое строго определенное место и свой способ извлечения звука. Вопрос этот тем более важен, что одинаковых колоколен практически не бывает, каждая колокольня представляет собой уникальное архитектурное сооружение и первое, на что обращается внимание ученика, это сохранность архитектурного облика колокольни или звонницы. Звонарский помост должен быть выполнен из легких, ажурных металлоконструкций, не загромождающих пространство яруса звона. Звонарь должен уметь, при необходимости, составить хотя бы эскиз помоста и прочих приспособлений и объяснить исполнителям, как все это сделать.

     По ходу обучения слушатель знакомится с общими принципами развески колоколов. Несмотря на разницу в архитектуре колоколен, развеска колоколов имеет множество общих черт. Например, низкие частоты тяжелых колоколов будут хорошо слышны и из центра колокольни, тогда как средние и мелкие колокола необходимо развешивать в арках колокольни. Подобных правил немного, но их непреложное исполнение гарантирует от серьезных ошибок в общем звучании колоколов.

     После первоначального знакомства со звоном и его принципами новоначальный звонарь может быть приглашен для дальнейшего совершенствования в искусстве звона на другие колокольни и звонницы, где у своих коллег можно воспринять что-то полезное для себя. Так, в Ярославле, где ежегодно проводятся колокольные звоны «Преображение», постоянными участниками являются представители Общества церковных звонарей. Во время этих поездок звонари посещают колокольни и звонницы Ярославля, Ростова Великого, Толгского монастыря и прочие. В России никогда не существовало официальных школ и центров колокольного звона. В этом не было необходимости, ибо церковный колокольный звон всегда был неотъемлемой и, пожалуй, единственной частью основного звукового наполнения городов и сел нашего бескрайнего государства. Неделей рождения звонарей была Светлая седмица, когда каждый желающий допускался произвести звон в любой колокол, в то время, когда звонарь наблюдал за мальчишками, подсказывал, помогал и, если у кого получалось, то его приглашали на звон и в дальнейшем, так что в учениках недостатка не было. По воспоминаниям старых москвичей среди русского общества было много любителей послушать колокольные звоны. На Светлой седмице такие любители брали пролетку и ездили от храма к храму, вслушиваясь в звоны. Иногда известные по Москве звонари приглашались по случаю престольного праздника в какой-либо храм специально для исполнения особенно торжественных звонов. Даже во многих московских монастырях монахи-звонари уступали право звона более умелым звонарям-любителям. Так например, в Даниловом монастыре, по воспоминаниям Михаила Ивановича Макарова, был свой звонарь-любитель дядя Николай, по профессии сапожник, но за свои звоны, порой напоминавшие известные церковные песнопения, он имел почетное прозвище «звонарь–богослов».

     Ныне же приходится по крупицам собирать части некогда обширного пласта церковной культуры, помогать, обучать, а иногда и отстаивать чистоту церковного искусства от вредоносных влияний современного обмирщенного сознания.

     Весомый вклад в колокольное дело вносит наука. В результате акустических исследований, произведенных с применением современных звуковых и вибро-анализаторов, были получены данные, необходимые для более правильной и надежной подвески колоколов относительно арок яруса звона колоколен и наиболее оптимального расположения колокола относительно пола колокольни. Специалисты лаборатории колокольной акустики произвели инструментальные замеры наиболее благозвучных старинных колоколов Московского Кремля, Троице-Сергиевой лавры, Ростова Великого. Замеры и рекомендации опытных церковных звонарей позволили субъективно и объективно оценить и понять истоки благозвучия исторических колоколов России. На этом основании была создана математическая модель, которая позволила в условиях современного производства наладить отливку новых колоколов, близких по звучанию лучшим колоколам прошлого. Ныне в одной только Москве имеется четыре колокололитейных производства, льют колокола на Урале, в Романове на Волге и во многих местах по России. Колокола, отлитые в соответствии с русским звучанием, украшают возрождаемый храм Христа Спасителя.

Статьи И.В. Коновалова

Алфавитный указатель

 

Календарь на другие даты

Яндекс.Погода

Трудно ли научиться звонить в колокола?

не трудно: колокольный звон - это очень просто
на начальном уровне не трудно, а повысить уровень можно только самостоятельно за долгие годы
не трудно, только если есть хороший звонарь-наставник
чего проще - ноты в руки, и вперед
все постижимо, если стараться учиться
трудно, даже если очень стараться
сия премудрость доступна лишь одаренным
другой вариант ответа

результаты предыдущих опросов

1.gif

© ОБЩЕСТВО ЦЕРКОВНЫХ ЗВОНАРЕЙ. 2004-2013

При воспроизведении материалов с сайта Zvon.Ru ссылка обязательна!
Сайт содержит материалы, которые выражают точку зрения разработчиков сайта.
Материалы и отзывы, присланные на наш сайт, не рецензируются.

программирование сайта :: aggressor.ru